Анализ данных норм, а также положений АПК РФ [95] позволяет отнести к нормативным постановлениям ВАС РФ лишь постановления Пленума ВАС РФ, которые содержат разъяснения по вопросам права, обязательные не только для арбитражных судов, но и для иных участников арбитражного процесса по следующим основаниям.
Новый кодекс в отличие от АПК РФ 1995 г. содержит положение (ч. 4 ст. 170 АПК РФ), согласно которому в мотивировочной части решения могут содержаться ссылки на постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по вопросам судебной практики. Возможность ссылки на постановления означает, что при принятии соответствующих решений, арбитражные суды руководствуются постановлениями Пленума ВАС РФ, формируют на их основе свою правовую позицию, и также используют для обоснования своих выводов. То есть, фактически признается обязательный характер рассматриваемых судебных актов.
В отношении же актов Президиума ВАС РФ такой оговорки АПК не содержит, но не смотря на это основополагающие идеи и правовые позиции, которые излагаются Президиумом по результатам рассмотрения отдельных вопросов судебной практики, принимаются нижестоящими судами во внимание, и также могут использоваться для обоснования выводов суда при вынесении конкретного решения.
Так, например, в Постановлениях Президиума ВАС РФ от 02.06.98 года № 4274/97[96] (содержало разъяснение по поводу подсудности объединенных нескольких связанных между собой требований, одни из которых подведомственны суду общей юрисдикции, а другие арбитражному суду) и от 17.11.98 года № 5463/98[97], от 16.11.99 № 5560/99[98] даются разъяснения по применению конкретных правовых норм.
При анализе материалов судебной практики, мы приходим к выводу, что арбитражные суды, как первой, так и апелляционной и кассационной инстанций уже давно активно используют Постановления ВАС РФ. Показательными в этом плане являются постановления федеральных арбитражных судов округов. Так например, в постановлении ФАС Западно- Сибирского от 29.09.2008 г. № Ф04-5958/2008(12675-А03-22) рассматривая дело о несостоятельности юридического лица, суд указал, что «суд первой инстанции …исследовал представленные в обоснование заявления доказательства и со ссылкой на пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2007 г. № 67 сделал обоснованный вывод…Учитывая то, что законодательством предусмотрен внесудебный порядок исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, суд правомерно прекратил производство по делу в порядке пункта 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Данная правовая позиция соответствует разъяснению Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, изложенному в пункте 4 Постановления Пленума от 20.12.2006 № 67 «О некоторых вопросах применения положений законодательства о банкротстве отсутствующих должников и прекращении недействующих юридических лиц» [99].
В постановлении от 20 мая 2008 г. № Ф04-2970/2008(4955-А45-13) ФАС ЗСО отметил: «Принимая постановление об отказе в удовлетворении иска, апелляционный суд обоснованно исходил из положений гражданского законодательства, регламентирующих вопросы распоряжения имуществом, переданным собственником учреждению в оперативное управление, с учетом позиции, изложенной в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2006 № 21 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров с участием государственных и муниципальных учреждений, связанных с применением статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации» (в редакции Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.04.2007 № 23)» [100]. Аналогичные ссылки на правовые позиции Пленума ВАС РФ содержатся в подавляющем большинстве судебных актов арбитражных судов, по категориям дел, в отношении которых Пленум ВАС РФ давал соответствующие разъяснения[101].
Учитывая тот факт, что соответствующие разъяснения ВАС РФ являются обязательными для нижестоящих арбитражных судов, постановления Пленума ВАС РФ активно используются и самими участниками арбитражных правоотношений, для обоснования своих позиций.
По мнению профессора В.Ф. Яковлева, «постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ вырабатывают на основе изучения и анализа судебной практики единственно верное толкование подлежащего применению судами закона. Выработанные Пленумом подходы к применению нормативных правовых актов имеют важное значение не только для судов, но и для участников экономических отношений, которые должны организовать свою работу по определенным, предсказуемым правилам, в том числе и по тем, которые подвергаются толкованию. Разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ представляют собой его официальную позицию по тому или иному вопросу судебной практики...» [102].
Еще одно правовую предпосылку для выявления нормативного характера постановлений Пленума ВАС РФ составляет часть 3 статьи 13 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой, если при рассмотрении конкретного дела арбитражный суд придет к выводу о несоответствии закона, примененного или подлежащего применению в рассматриваемом деле Конституции РФ, арбитражный суд обращается в Конституционный Суд РФ с запросом о проверке конституционности этого закона.
В связи с тем, что Конституционный Суд Российской Федерации может признать любую норму несоответствующей Конституции РФ, она не будет подлежать применению.
Таким образом, можно сделать вывод, что постановления Высшего Арбитражного Суда РФ, в которых на основании обобщения практики применения законов и иных нормативных правовых актов даются разъяснения по вопросам применения конкретных правовых норм, носят обязательный и соответственно нормативный характер для судов. Данные разъяснения представляют собой обнародование официальной позиции высших судебных инстанций по вопросам судебной практики, направлены на единообразное и правильное применение судами федерального законодательства и могут применяться, в частности, арбитражными судами в качестве нормативного обоснования при принятии решений. Подобные разъяснения «обладают государственной обязательностью» и оказывают «регулирующее воздействие на всю судебную практику» [103].
Они представляют собой правовой феномен, выходящий за пределы полномочий судов по толкованию нормативно-правовых актов, поскольку результатом толкования не может являться создание новой нормы[104].
Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации формально действующую норму не изменяют и не ставят перед собой задачу заменить действующую норму закона на другую, но наполняют ее конкретным содержанием, например, расширяя сферу ее применения, уточняя механизм ее реализации или, наоборот, устанавливая границы ее действия. Устраняя противоречия, суд своим актом фактически разрешает юридически «тупиковую» (сложную) правовую ситуацию. При этом судебная практика, безусловно, исходит из приоритета закона.
Принимая во внимание то обстоятельство, что «дача нормативных разъяснений базируется на практике судебных органов, связана только с практикой применения законов, преследует цель обеспечить правильное, с точки зрения авторитетного интерпретатора, толкование и применение законов» [105], представляется, что имеются правовые основания предполагать, что судебные правовые позиции, содержащиеся в разъяснениях Пленума высшей судебной инстанции, имеют своей целью в первую очередь упорядочение отношений, которые либо не имеют правовой регламентации, либо не могут быть прямо урегулированы законом в силу неясности и неточности формулировок, занимают свое особое место среди источников права, применяемых судом при разрешении спора.
По изложенному представляется, что нормативные постановления Пленума ВАС РФ формулируют известные предпосылки правового регулирования отдельных категорий общественных отношений и, будучи эффективным способом совершенствования материального и процессуального права, укрепляют престиж закона и увеличивают его эффективность.
Именно в рассматриваемых актах реализуется принцип единообразного применения судами норм права и единообразного подхода при разрешении экономических споров, защиты имущественных прав, недопущения злоупотребления правом и предупреждения правонарушений в сфере предпринимательской деятельности. Это влечет предсказуемость решений при рассмотрении конкретных экономических споров
В рамках складывающейся ситуации при анализе постановлений Пленума ВАС РФ, мы убеждаемся в том, что в них содержатся не просто комментарии законодательства или «расшифровки» его предписаний, а в действительности разрешаются сложнейшие вопросы его понимания. Причем Постановлений Пленума ВАС РФ, посвященных только вопросам арбитражно-процессуальных правоотношений, либо касающихся применения АПК РФ (например, Постановление Пленума ВАС РФ от 09.12.2002 г. № 11[106]) не так много. Большинство из них носят общий, комплексный характер и содержат разъяснения по вопросам как процессуального, так и материального права. Например, в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.03.2007 г. № 17[107] даются руководящие разъяснения по вопросам, возникающим у судов в связи с применением АПК РФ при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам - процессуальные вопросы.
Для устранения неясностей по вопросам административного производства, важную роль в формировании правовопонимания сыграли Постановления Пленума ВАС РФ от 2 июня 2004 г. № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях»[108], а в Постановлении Пленума ВАС РФ от 27 января 2003 г. № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»[109] даны руководящие разъяснения по вопросам взаимосвязанного применения АПК и КоАП РФ.
Примером, постановлений ВАС РФ по вопросам разъяснения применения норм материального права может являться постановление Пленума ВАС РФ от 10 апреля 2008 года «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением ст. 169 ГК РФ» [110].
По большей части рассматриваемые судебные акты направлены именно на устранение пробелов и неясностей в первую очередь, законодательных актов. В основном на это и направлена праворазъяснительная деятельность высших судов страны. Фактически ВАС РФ поставлен в такие рамки, при которых невозможно избежать создания новых правовых норм.
Представляется очевидным тот факт, что на современном этапе развития российская правовая система все время усложняется. В связи с чем, совершенно правомерно отмечено профессором В.В. Ярковым, что есть определенные границы детализации законодательных актов, за пределами которых она теряет смысл, и закон становится сборником казусов[111].
При этом считаем необходимым еще раз подчеркнуть, что, давая руководящие разъяснения по вопросам судебной практики в форме постановлений, ВАС РФ не выходит за рамки предоставленных ему полномочий и не вторгается в сферу компетенции органов законодательной и исполнительной власти. Данное его правомочие необходимо рассматривать в неразрывном единстве с его высоким правовым статусом, ролью и функциями, которые он выполняет в рамках сложившейся судебной системы и правового регулирования.
Еще в 1989 г., будучи председателем Конституционного Суда РФ, М.В. Баглай высказывал позицию о том, что для более эффективного государственного управления над высшими государственными органами стояли не только принимаемыми ими самими законы, но и право, создаваемое непосредственно судами, которое в определенной части изменить законами нельзя. «А эта определенная часть как раз и включает основные гарантии охраны прав человека, гарантии, мешающие сползанию общества к режиму личной власти», - писал М.В. Баглай. - Вот в чем должна состоять важнейшая роль суда в правовом государстве, и вот почему, по нашему убеждению, следует прямо приравнять судебную доктрину к источникам права» [112].
Характеризуя нормативную роль постановлений Пленума ВАС РФ невозможно обойти стороной и Постановление от 14 февраля 2008 г. № 14 «О внесении дополнений в постановление Пленума ВАС РФ от 12.03.2007 № 17 «О применении АПК РФ при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам» [113], которое по сути в определенной мере является революционным для российской правовой системы, так как его можно рассматривать как официальное признание прецедентного характера за постановлениями высших судебных инстанций. Им устанавливается возможность пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам судебного акта, оспариваемого в порядке надзора, в том случае, если он основывается на положениях законодательства, практика применения которых определена ВАС РФ после его принятия.
При этом пересмотр будет осуществляться на основании «отказного» определения коллегии судей ВАС РФ, принятого по результатам рассмотрения заявления о пересмотре судебных актов в порядке надзора и высылаемого заявителю как заинтересованной стороне. При обжаловании в апелляционном или кассационном порядке судебного акта, основанного на положениях законодательства, практика применения которых после его принятия определена Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации, суд апелляционной или кассационной инстанции учитывает правовую позицию Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации при оценке наличия оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта. В то же время, постановление содержит необходимую оговорку, о том, что формирование Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации правовой позиции не является основанием пересмотра дел, по которым утрачена возможность обращения с заявлением о пересмотре судебных актов в порядке надзора.
Таким образом, постановление Пленума от 14.02.2008 придает постановлениям ВАС РФ особую нормативную силу: они будут иметь значение для неограниченного круга лиц. Это в свою очередь означает, что они будут иметь такую же сферу действия во времени, пространстве и по кругу лиц, как и решения нормотворческого органа, и, следовательно, такое же общее значение, как и нормативные акты, не присущее обычным правоприменительным судебным актам.
В связи с особой значимостью и важностью для правовой системы данного постановления оно получило большой резонанс и привело к научным дискуссиям.
Так, по мнению Дедова Д., «появление правовых позиций ВАС РФ обусловлено также объективными причинами. Дело здесь не только в необходимости восполнить пробелы или противоречия в законе, а в решении более сложной задачи: определить пределы и условия применения правовых механизмов и средств правовой защиты для обеспечения баланса интересов, чтобы не допустить злоупотребления данными средствами защиты. Это невозможно сделать сразу в законе, который содержит лишь перечень таких механизмов (основания признания сделок недействительными, основания возникновения права на имущество и т.п.). Между тем нарушение интересов (на которые законодатель не обратил внимания при внедрении правового механизма) выявляется только при рассмотрении конкретного дела в суде. Роль суда в таких случаях является основной, особенно в экономической сфере» [114].
Председатель Арбитражного суда г. Москвы отметил, что «многие юристы полагают, что Постановление Пленума может негативно отразиться на правоприменительной практике. … с этим мнением трудно согласиться… Высшему Суду незачем рассматривать однотипные дела: этим должны заниматься другие суды. Известно, что постановления Пленума ВАС РФ для всех судов - источник права, обязательный к применению, поэтому мы, естественно, будем ему следовать» [115].
В свою очередь профессор В. Ярков справедливо отмечает «что данное решение Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ интересно и направлено на усиление роли судебной практики высшего судебного органа не только для правоприменения, но и для правового регулирования, поскольку оно закрепляет особую роль и создает механизмы учета решений Президиума ВАС для гражданского оборота и публичных правоотношений. Время покажет, насколько эффективны новые подходы, а поскольку решение принято Пленумом ВАС, он сможет при необходимости изменить свою позицию или развить ее иным образом» [116].
Для толкования Постановления № 14 большое значение имеет мнение Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ. А.А. Иванов следующим образом ответил на вопрос о том, можно ли в данном случае говорить о признании прецедентного права: «Обсуждая Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ после его принятия, одни эксперты решили, что мы вводим прецедентное право, другие - что постановлениям Президиума придается обратная сила. Это неверное понимание сути Постановления. Говорить о том, что данное Постановление Пленума вводит в России институт прецедентного права, невозможно. Надо понимать, что введение этого института оформляется законодательно, а не решениями судов. Данное Постановление придает чуть больший авторитет постановлениям Президиума, причем на очень короткий временной промежуток. Решающая роль отводится процедуре принятия судебных актов и их обжалования. Даже если тройка судей в Высшем Арбитражном Суде, отправляя дело на пересмотр в нижестоящую инстанцию, решила, что основания для пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам есть, ее решение не становится обязательным для суда, который может счесть, что в данном случае вновь открывшихся обстоятельств не содержится. И, если суд занимает такую позицию, стороны могут обжаловать его решение по обычной процедуре и снова дойти до надзорной инстанции, где их жалоба будет рассматриваться уже по существу» [117].
Анализируя сам механизм принятия Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации нормативных постановлений, представляется, что процесс формирования разъяснений именно правотворческий, а не правоприменительный. Судебная же практика играет роль «эмпирической базы», которая свойственна любому правотворческому процессу: правотворчество основано на изучении общественных отношений и поиске способа их регулирования в их внутренней логике, а не на произвольном выдумывании[118].
В судебной практике судов первой, апелляционной и кассационной инстанции существует множество различных положений, которые никогда не являлись объектом разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, что свидетельствует об отсутствии единообразия практики по данным вопросам. Следовательно, постановления ВАС РФ можно рассматривать в качестве средств вмешательства в стихийный процесс формирования практики судов низших инстанций, средством властного прекращения существующих в практике разнотолков, а не простым отражением сложившихся положений.
Высший арбитражный Суд Российской Федерации, проанализировав разные правовые подходы, приходит к своему нормативному решению, которое является впоследствии общеобязательным как для органов судебной власти, так для иных субъектов предпринимательской деятельности и участников арбитражно-процессуальных отношений.
Таким образом, несмотря на отсутствие в действующем законодательстве прямого признания за постановлениями Пленума ВАС РФ силы источников права, они являются таковыми в условиях современных правовых реалий и практики их применения как нижестоящими арбитражными судами, так и иными участниками арбитражно - процессуальных, а также в целом экономических и предпринимательских правоотношений.
2 СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ И ЕЕ РОЛЬ В СОВЕРШЕНСТВОВАНИИ И РАЗВИТИИ НАЦИОНАЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
2.1 Судебная власть и ее роль в условиях построения правового государства
Одной из важных составляющих правового государства, залогом его демократического развития является судебная власть. Именно ее состояние оказывает непосредственное влияние на отношение граждан к современной казахстанской правовой политике, на уровень доверия к власти со стороны общества, т.е. качество осуществления правосудия - один из главных показателей продвижения нашей страны к правовому государству. Эта мысль неоднократно подчеркивалась и в юридической литературе: «Независимая судебная власть становится сердцевиной правового государства и конституционализма, главной гарантией свободы народа».
Учитывая это, мы попытаемся проследить основные вехи становления судебной системы Республики Казахстан, достижения судебной реформы и пути дальнейшего совершенствования судебной власти, адекватного требованиям правовой государственности. Такой анализ необходим, поскольку судебная власть сама по себе играет особую роль в механизме правового государства, обеспечивая роль главного арбитра в споре о праве. Суды выполняют роль основной правоприменяющей инстанции, «закон получает движение благодаря усилиям судебной власти». Кроме того, сегодня суды во всех цивилизованных странах наделены многогранными полномочиями. В процессе осуществления правосудия суд прямо или опосредствованно, а во многих случаях в качестве самостоятельных полномочий, обеспечивает решение и других вопросов, таких как разъяснение действующего законодательства по вопросам судебной практики, контроль за законностью и обоснованностью решений и действий государственных органов и должностных лиц, обеспечение исполнения приговоров, иных судебных решений и решений других органов, разбирательство и разрешение дел об административных правонарушениях, подведомственных судам и др.
Формирование современной судебной системы Республики Казахстан ознаменовалось принятием 25 октября 1990 года Декларации «О государственном суверенитете Казахской ССР», где впервые устанавливался важнейший принцип функционирования государственной власти - ее разделение на три ветви: «государственная власть в Республике осуществляется по принципу ее разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Высшая судебная власть принадлежит Верховному Суду Казахской ССР» [119]. 16 декабря 1991 года провозглашена независимость в соответствии со статьей 1 Конституционного закона Республики Казахстан «О государственной независимости Республики Казахстан», «Республика Казахстан - независимое демократическое и правовое государство».
Таким образом, у Республики Казахстан появился уникальный шанс создания судебной системы нового типа, предоставления судам в полном объеме правомочий, закрепления его истинной социальной роли в законодательстве.
Реальное начало преобразований связано с принятием 28 января 1993 года первой Конституции суверенного Казахстана, закрепившей систему, принципы организации и деятельности судов. Впервые Основной закон стал оперировать понятием «судебная власть», обозначив ее социальное назначение, предметную и территориальную юрисдикцию, а также ее самостоятельность. Но в то же время Конституция 1993 года не была совершенной. В главе о судах хотя и провозглашалось, что судьи независимы, но фактически никаких гарантий их независимости Конституция не предусматривала. Не содержалось здесь и четкой концепции реформирования судебной системы, которая обеспечивала бы независимость и профессионализм судейского корпуса. Президент также обращал внимание общественности на изменения, произошедшие в республике в последние годы, которые являлись предпосылками и условиями дальнейшего совершенствования законодательства, в том числе в сфере судебной власти. Поэтому Глава государства в работе «Идейная консолидация общества - как условие прогресса Казахстана, вышедшей в свет в 1993 г., отмечал о необходимости поэтапной реформы судебной системы. В работе подчеркивалось, что «к сожалению, люди еще не верят в авторитет и правомочность судебной власти на местах. Об объективности судов и конструктивности их деятельности говорить пока рано, они находятся как бы в отрыве от проблем общества. Следует сделать судебную систему максимально эффективной, избавить ее от существующей еще возможности оказать давление со стороны властных структур, особенно на местах. Один из наиболее реальных путей этой реформы - законодательное закрепление назначаемости судей главой государства по рекомендации специального, допустим, Высшего судебного совета. Именно так можно обеспечить независимость судей, пресечь любое посягательство на правосудие». Продолжая эту же тему в докладе от 9 июня 1994 г. «К обновленному Казахстану - через углубление реформ, общенациональное согласие», Глава государства указывал, что «следует законодательно закрепить принципы несменяемости судей, а также производства в судьи главой государства по рекомендации высшего судебного совета, как гарантии их подлинной независимости при отправлении правосудия. Надо разработать четкие законодательные основания и механизм освобождения от занимаемой должности лиц, не способных вершить правосудие, несовместимые с высоким статусом судьи. Реформа судебной системы должна найти отражение не только в нормах Конституции, но в текущем законодательстве. Речь идет о принятии новых законов о судоустройстве, статусе судов и судей» [120]. Как видим, задачи судебной реформы, отвечающей требованиям правового государства, были сформулированы Президентом РК уже в первые годы независимости.
Большую роль в совершенствовании судебной системы сыграла и Государственная программа правовой реформы в Республике Казахстан, утвержденная Постановлением Президента Республики Казахстан от 12 февраля 1994 г. Программа предусматривала комплекс государственно-правовых мер, предполагающих коренное изменение всей национальной правовой системы Республики, ее поэтапное приближение к требованиям принципов правового государства и гражданского общества.
Особое внимание в Государственной программе уделялось судебной власти. В ней, в частности, отмечалось, что реформа судебной системы должна поднять социальный престиж судей, сделать суд надежным гарантом защиты прав и свобод личности, способствовать законному и справедливому разрешению конфликтов в обществе, решить вопросы правовой и социальной защиты судей и членов их семей.
Принятие Новой Конституции Республики Казахстан 30 августа 1995 года стало началом переломного этапа в становлении судебной власти - этапа реализации Государственной программы правовой реформы. Исходя из ее концептуальных положений, можно проследить существенную трансформацию судебной власти в системе государственного механизма.
1.Закреплено единство судебной системы, в рамках которой функционирует Верховный суд и местные суды, упразднена система арбитражных судов с передачей их функций судам общей юрисдикции.
2. Вместо Конституционного суда создан Конституционный Совет - внесудебный орган конституционного контроля, осуществляющий, главным образом, правовую охрану Конституции.
3. В соответствии с Программой введено назначение судей нижнего и среднего звена Президентом Республики Казахстан и избрание судей Верховного Суда Сенатом Парламента.
4. Конституция предусмотрела образование Высшего Судебного Совета и Квалификационной коллегии юстиции - специальных коллегиальных органов вневедомственного характера, наделяемых рекомендательными функциями.
5. Усилены гарантии независимости судей, укреплены их статус и роль в системе защиты прав и свобод человека. Впервые в истории государства судьи стали назначаться на постоянный срок, что также явилось одним из действенных рычагов обеспечения их независимости. Были закреплены основные требования, предъявляемые к судьям, порядок наделения их полномочиями. Предусмотрена деполитизация судьи путем установления запрета на его членство в партиях или профессиональных союзах, а также на любые выступления в поддержку какой-либо политической партии.
6. В Конституции в комплексном виде закреплены принципы отправления правосудия, которые являются общими и едиными для всех судов и судей в Республике и пронизаны глубоким гуманизмом.
7. В соответствии с изменениями и дополнениями, внесенными 7 октября 1998 года в конституцию, введен институт присяжных заседателей. Участие народа в отправлении правосудия - одна из форм проявления его суверенитета и свидетельствует о демократизации судебной системы Казахстана.
Решающим шагом в практическом осуществлении судебной реформы стало принятие Указа Президента, имеющего конституционного закона, «О судах и статусе судей в Республике Казахстан» от 20 декабря 1995 года.
Впервые в истории Казахстана судьи были объявлены носителями судебной власти. Указ развил конституционные положения, установив юридические и материальные гарантии независимости судей, впервые получивших правовую защиту от давления со стороны исполнительной и представительной ветвей власти. В качестве таких гарантий предусматривались: несменяемость, неприкосновенность судей, введение ответственности за неуважение к суду, закрепление оснований приостановления и прекращения полномочий судьи, установление положения о том, что судья не обязан давать каких-либо объяснений по существу рассмотренных или находящихся в производстве дел, кроме случаев привлечения к дисциплинарной ответственности; запрет возлагать на судью внесудебные функции и обязанности, не предусмотренные законом; включать его в составы государственных и общественных структур по вопросам соблюдения законности и правопорядка. Эти нормы ограждали судей от осуществления задач и функций правоохранительных органов, были направлены на обеспечение справедливого и беспристрастного правосудия. Ученые Казахстана, давая характеристику этого Указа, имеющего силу конституционного закона, отмечали, что «значение этих и иных, принятых по инициативе и при активной поддержке Президента Республики Казахстан законодательных актов неоценимо. Они сыграли особую роль в становлении судебной ветви власти».
В целях формирования судов из постоянных судей, улучшения их качественного состава, оценки и стимулирования роста профессиональной квалификации, повышения ответственности за укрепление законности при рассмотрении дел, охраны прав граждан и интересов общества в соответствии с Указом Президента Республики Казахстан от 24 мая 1996 года была проведена аттестация судей судов Республики Казахстан. Вакантные судебные должности замещались постоянными судьями в порядке, установленном Указом. Эти меры были своевременны и необходимы, так как благодаря этому единовременному мероприятию оперативно были решены вопросы замещения должностей по всей республике в соответствии с действующим законодательством.
В последующие годы был осуществлен серьезный комплекс мер по дальнейшему реформированию судебной системы. Приняты такие основополагающие законодательные акты, как законы «О судебных приставах», «Об исполнительном производстве», Уголовно-процессуальный, Уголовно-исполнительный, Гражданско-процессуальный кодексы и др. Указанные меры, безусловно, способствовали повышению авторитета суда как органа судебной власти, осуществляющего государственную функцию защиты прав и свобод человека и гражданина. Таким образом, темпы судебного реформирования в целом соответствовали динамике развития общественных отношений, во многом осуществлялась практическая реализация поставленных задач, многие предложения по совершенствованию судоустройства в рамках судебно-правовой реформы начали претворяться в жизнь.
Вместе с тем, необходимо заметить, что процесс реализации правовых установлений, в отличие от ряда других процессов, имеет ярко выраженный субъективный аспект, который характеризуется личным отношением субъектов к реализуемым правовым требованиям, их установками и волей в момент совершения правовых требований. При этом личное отношение может выражаться в самых разных формах, включая личную заинтересованность субъектов реализации закона по долгу или в силу моральных стимулов, в силу страха наказания или иных мотивов. К сожалению, эти общие закономерности в процессе реализации права не обходят стороной и процессы претворения в жизнь норм законодательства о судебной власти. Действительно, функционирование судебной власти находится под давлением различных сил и интересов. Индивидуальная работа судьи, деятельность судебной системы в целом находятся в определенном конфликте со своим окружением. Это происходит по объективным и субъективным причинам. Объективно общество старается уменьшить расходы на деятельность судебной системы, но получать все большие и эффективные результаты. Оно в идеале стремится к правовому государству и законности, но постоянно в нем проявляются и силы, противодействующие этому. Объективно граждане желают эффективной работы судей, быстрого правосудия, но субъективно и в то же время нередко стремятся любыми средствами, в том числе незаконными, защитить свои действительные и мнимые права, ограничивают (пытаются ограничить) полномочия работников судебной системы. Все это порождается естественной противоречивостью социальных и индивидуальных интересов.
В результате ряд положений Государственной программы правовой реформы остались продекларированными и нереализованными. Среди них - необеспеченность в полной мере конституционных гарантий независимости судей, неполноценная материально-техническая обеспеченность деятельности судей, несовершенство деятельности Квалификационной коллегии юстиции в процессе обеспечения в должной мере объективного подбора судей и другие обстоятельства, негативно влиявшие на устои судебной системы. К вышеперечисленным причинам такого состояния дел необходимо добавить то, что реализация программных целей судебной реформы не могла быть осуществлена в одночасье и по причине быстро развивающихся социально-экономических отношений в Республике Казахстан, за которыми не всегда поспевают правовые установления конкретизирующего характера. Более того, рамки самого понятия независимости судьи расширяются с развитием социума и приближением его к функциональным характеристикам правового государства и гражданского общества.
В целом, говоря о первых этапах(1991-2000 гг.) судебно-правовой реформы, можно констатировать, что, несмотря на значительные недостатки и упущения объективного и субъективного характера, они сыграли значительную роль в формировании в общественном и профессиональном сознании идей разделения властей и независимости судебной власти. Можно утверждать, что именно в этот период была осознана необходимость принятия новой Конституции, основанной на идеях и ценностях доктрины естественного права, правового государства, общественного договора.
Особую веху, положившую начало новому этапу в осуществлении судебно-правовой реформы, ознаменовал Указ Президента «О мерах по усилению независимости судебной системы Республики Казахстан» от 1 сентября 2000 года. Этим Указом, а также Указом Президента Республики Казахстан «О мерах по обеспечению функционирования новой системы судебного администрирования» от 12 октября 2000г. при Верховном Суде образован Комитет по судебному администрированию, которому из ведения Министерства юстиции переданы функции по обеспечению деятельности судов. Следующим Указом Президента РК от 22 января 2001г. «О мерах по совершенствованию правоохранительной деятельности в Республике Казахстан» ему также переданы органы исполнительного производства.
На сегодня Комитет судебного администрирования при Верховном суде является уполномоченным государственным органом, осуществляющим материально-техническое и иное обеспечение деятельности областных, районных и приравненных к ним судов, а также обеспечивающим своевременное выполнение исполнительных документов. Тем самым положительное разрешение получил вопрос освобождения местных судов от юрисдикции исполнительной власти, который длительное время был камнем преткновения для судебной реформы.